Сердце, измученное любовью.

Господи, я не могу себе представить, что Ты переживал в Гефсиманском саду.

Страх парализовал Твое Святое Тело. Страх проникал в каждый нерв, причиняя физическую боль. Ты знал, что Тебя ждет… Ты просил Отца, чтобы Он отдалил от Тебя эту чашу. Все Твое тело противилось тому, что должно было произойти. И все же, мой Иисус, Ты сказал: «Не Моя, но Твоя воля да будет.»

То, что Ты Бог, не делало это легче. Напротив, Ты все знал. Твое Сердце разрывалось, кожа немела. Ты чувствовал каждый мускул, каждый вдох имел иной вкус. Ты ясно слышал биение собственного сердца, быстрое, тревожное. Каждое ударение напоминало о надвигающейся смерти, о невообразимых страданиях и разрушении.

Цветы той ночью пахли иначе?

Мир, хоть на мгновение, замолк, отдавая Тебе тихую славу?

Звезды светили ярче, а шум ручья затих, словно в жесте молчания?

Ты думал, Господи, о учениках, о людях, которых встретил на своем пути, о своей Матери, чью душу должен был пронзить меч. Ты нес не только собственные страдания, но и всего мира.

Ты полюбил эту жизнь. Ты полюбил творение. У Тебя были свои ритуалы, привычки. Ты любил разговаривать, потому что видел сердца людей. А теперь все это должно было закончиться. Ты чувствовал страх, тоску, но и утешение, зная, что скоро будешь с Отцом, что те, кого Ты любил, будут свободны.

То, что телесное, боролось с тем, что духовное.

Ты потел кровью. Твой организм находился в состоянии невообразимого напряжения. Ожидание смерти здесь приобретает новое значение. Знать свою судьбу. Знать начало и предвидеть конец.

Твой плач, Иисус, орошал землю сада, плач, который не приносил облегчения.

Господи, видел ли Ты мое лицо в той молитве? Видел ли Ты в этом страдании меня, меня и мои борьбы?

Я хотела бы быть с Тобой в тот момент, но не знаю, хватило бы у меня смелости подойти. Скорее, я бы спряталась за деревом и молилась бы усердно, хоть и бессильно.

Господи, Ты в этом страдании молился еще усерднее. Прошу Тебя, мой Дорогой Иисус, научи меня этому. Научи меня, как молиться.

Я как ученики, которые засыпают от печали. Я не хочу так, Иисус. Я больше не хочу убегать в ничто.

Хочу быть с Тобой соединенной, как Ты был одно с Отцом.

Я знаю, Иисус, что Ты сделал это для меня. А так трудно мне это принять. Такой великий дар… жизнь… Жизнь Мессии и Царя.

Принять любовь эту безусловную, бескомпромиссную. Любовь, которая не помнит зла.

Твое человеческое тело бунтовало, но Твое Сердце уже было на кресте.

Во всем этом страдании и боли был также род экстаза, экстаза Твоего Пресвятого Сердца. Экстаза любви, которую мы не можем постичь. Любви, которая превосходит человеческое понимание.

Сердце, измученное любовью